Возможно, Всевышний не дал мне достаточных способностей изучить и, главное, понять принципы исламской экономики, требования шариата к финансовым сделкам и т.п. И, возможно, я заблуждаюсь в своих рассуждениях. Потому, прошу вас поправить меня, если найдёте в них ошибки. Буду лишь глубоко признателен вам. Истинные и полные знания лишь у Аллаха-Та'Аля.
 
При приёме на работу поставил задачу – изучить нормы шариата в социальной и экономической жизни мусульман и найти механизмы их соблюдения в рамках действующего законодательства Российской Федерации.

В случае обнаружения каких-то противоречий между шариатом и законодательством России, предложить мусульманам возможные варианты выхода из затруднительной ситуации. Как один из вариантов – подготовить поправки в законодательство РФ и просить уполномоченных на то людей о внесении их на рассмотрение Госдумы, Правительства РФ или, возможно, Президента.

В ходе изучения доступных мне материалов столкнулся с тем, что многие российские специалисты по исламской экономике сетуют на отсутствие в российском законодательстве тех или иных норм и предлагают внести изменения в него.

Более детальное изучение привело меня к заключению, что во многих случаях изменений законодательства не требуется. Надо лишь правильно применить имеющиеся инструменты.

Не буду далеко ходить за примерами. Приведу лишь один финансовый инструмент. Преднамеренно, не самый распространённый в российской практике. В смысле применения.

Итак, задача.

Условие задачи.

Получить средства в банке на приобретение товара (оборудования, сырья и т.п. МАТЕРИАЛЬНЫХ предметов).

Ограничения.

1. Кредит с его ссудным процентом не рассматривается. Ибо риба харам.
2. Банк не имеет права купить и перепродать вам необходимый товар. Российские законы не позволяют.
3. Создание инвестиционной либо лизинговой компании при банке или с его участием слишком долгий и затратный путь.

Решение.

Берём Гражданский кодекс РФ, открываем часть 2, находим § 2, внимательно читаем статьи 912 – 917 из главы 47. Это статьи о несправедливо забытой ценной бумаге - складское свидетельство. Здесь описывать его не буду. Кому интересно, обратитесь к первоисточнику.

Итак, идём к производителю товара или оптовику, просим оформить складское свидетельство и ксерокопию свидетельства несём в банк. Просим банкира купить и перепродать вам, естественно – дороже, это конкретное складское свидетельство. В котором указаны все существенные характеристики товара. Но с рассрочкой платежа.

Складское свидетельство – ценная бумага. Банк имеет полное право покупать и перепродавать ценные бумаги. Складское свидетельство – безусловное, ничем не ограниченное основание для получения товара со склада.

Если вы с банкиром договорились о покупной и продажной цене складского свидетельства, то по шариату сделка будет называться мурабаха. Если банкир купит и продаст вам по заявленной вами цене складское свидетельство, но вы не будете знать о его покупной цене – сделка будет называться бай муаджал.

Покупаете в рассрочку складское свидетельство, идёте на склад и получаете товар. Товар есть? Есть. Риба есть? Нет. Что и требовалось.

Так же и со многими другими финансовыми и экономическими инструментами по шариату и российскому законодательству. Берусь утверждать, что в российском законодательстве отражены и вакф, и закят, и такафул, и мушарака, и мудараба, и иджара, и суккук etc.
Названия другие? По-моему, ничего страшного. Или название как-то влияет на суть? Или я чего-то недопонял?

В дополнение...

В ответ на возражения, полученные мной в оффлайн-общении, о дискуссионности момента перехода права собственности на товар, рекомендую обратиться к статье "Складское свидетельство" юрисконсульта Юридического Центра АПЭК Ильи Алещева. Исходя из идеи статьи, достаточно в договоре купли-продажи складского свидетельства определить этот момент. Т.е., прописать момент перехода права собственности на товар, получаемый по складскому свидетельству.

На всякий случай процитирую эту статью здесь:

Какими документами оформляется отгрузка товара по складским свидетельствам? Как определяется момент перехода права собственности? Например, если организацией по договору хранения передано хранителю 100 тонн товара, на 50 тонн выписано складское свидетельство, но 30.09.02 покупатель вывез только 15 тонн, а оставшиеся 35 вывезет 05.10.02.  Имеем ли мы право при проверке говорить, что это не наш товар? Должны ли мы платить налог на имущество на оставшиеся 35 тонн?

На первый из поставленных вопросов следует ответить следующим образом. В соответствии со ст. 912 ГК РФ, при заключении договора хранения с товарным складом (то есть организацией, осуществляющей хранение товаров в качестве предпринимательской деятельности), последний выдает в подтверждение принятия товара один названных в Кодексе складских документов. К таким документам относятся: двойное складское свидетельство; простое складское свидетельство; складская квитанция. В отличие от первых двух складских документов, складская квитанция не является ценной бумагой и получение товара по ней возможно лишь самим поклажедателем.

Что же касается простого и двойного складского свидетельств, то они, в силу ст. 143 и п. 3 ст. 912 ГК РФ, являются ценными бумагами, то есть документами, удостоверяющими, при соблюдении установленной формы и обязательных реквизитов, имущественные права (в данном случае – права требования к товарному складу, определенные в ст. 914 ГК РФ), осуществление или передача которых возможны только при их предъявлении.

Следовательно, отчуждение товара посредством передачи покупателю складского свидетельства должно оформляться таким же образом, как и передача любой другой ценной бумаги на предъявителя (за исключением векселя, для которого специальным законодательством установлен особый порядок передачи). Как свидетельствует складывающаяся правоприменительная практика, отчуждение ценных бумаг оформляется договорами купли-продажи ценных бумаг, а их фактическая передача – актами приема-передачи, которые составляются в простой письменной форме и подписываются сторонами. В арбитражно-судебной практике такие акты также признаются надлежащими доказательствами факта передачи ценных бумаг (см., в частности, Постановление ФАС МО от 30 января 2002 г. № КГ-А40/37–02, Постановление ФАС СЗО от 8 января 2002 г. № А13-2980/01-04 и от 17 января 2001 г. № А13-5293/99-08, Постановление ФАС ПО от 12 сентября 2000 г. № А 55–2380/00–28 и др.).

Вопрос же о моменте перехода права собственности на товар при передаче складского свидетельства на него, прямо в законодательстве не урегулирован и в настоящее время является дискуссионным. С одной стороны, из абз. 2 п. 1 ст. 142 ГК РФ следует, что с передачей ценной бумаги переходят «все удостоверяемые ею права в совокупности». Поскольку права требования поклажедателя к товарному складу имеют обязательственный характер и вытекают из договора хранения, следует прийти к выводу о том, что с передачей складского свидетельства передается данное обязательственное право требования к товарному складу. Фактически складывающиеся в данной ситуации правоотношения аналогичны возникающим при заключении договора уступки права требования (цессии) в соответствии с гл. 24 ГК РФ.

Альтернативный подход заключается в приравнивании момента перехода права собственности на вещь к моменту передачи складского свидетельства на нее. В качестве аргумента используется ссылка на норму п. 3 ст. 224 ГК РФ о том, что к передаче вещи приравнивается «передача коносамента или иного товарораспорядительного документа на нее», а также формулировка п. 1 ст. 914 ГК РФ о том, что держатель складского и залогового свидетельств имеет «право распоряжения» товаром. Следует отметить, что именно данный подход используется налоговыми органами (см., например, Н. Пекельник, советник налоговой службы I ранга, «Эпиграф», № 48 за 2000 г.).

В то же время первый из приведенных подходов представляется более оправданным. Во-первых, определения понятия «товарораспорядительный документ» действующее законодательство не содержит, в связи с чем, вопрос о признании таковым складского свидетельства является спорным. Во-вторых, прямое указание на то, что с переходом складского свидетельства должно переходить именно вещное право собственности (а не обязательственные права из договора хранения), в законодательстве также отсутствует. Наконец, косвенное подтверждение правильности такой позиции можно найти в арбитражно-судебной практике (см, в частности, Постановление ФАС ПО от 28 сентября 2000 г. № А 55–12532/99–22, Постановление ФАС ЦО от 21 марта 2000 г. № 100/1 и др.).

Таким образом, рассматриваемый вопрос в настоящее время является неоднозначным и решается различно как в юридической литературе, так и в правоприменительной практике. В то же время существует достаточно простой способ решения поставленной проблемы – путем определения момента перехода права собственности на товар в соответствующем договоре купли-продажи ценных бумаг.

Следовательно, если для поставщика товара более предпочтительно, чтобы право собственности на товар переходило к покупателю в момент передачи ему складского свидетельства на товар, необходимо включить соответствующую формулировку в текст договора. В таком случае данный товар в полном объеме исключается из состава имущества поставщика с момента передачи складского свидетельства вне зависимости от того, как в дальнейшем будут складываться отношения между покупателем и товарным складом по поводу выдачи товара покупателю. Иными словами, в описанной в вопросе ситуации с момента передачи складского свидетельства товар на балансе поставщика числиться не должен, и налог на имущество предприятий с него уплачиваться также не должен.

В случае же, если по каким-то причинам необходимо достичь обратного результата, то в текст договора купли-продажи складского свидетельства необходимо включить формулировку о том, что право собственности на товар переходит к покупателю в момент получения им товара на товарном складе. В этом случае до момента получения товара он будет являться собственностью поставщика, должен числиться на его балансе и с на него должен уплачиваться налог на имущество предприятий.